Ленин т.03 РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ

ПСС Ленина

Том 01   Том 02
Том 03   Том 04
Том 05   Том 06
Том 07   Том 08
Том 09   Том 10
Том 11   Том 12
Том 13   Том 14
Том 15  Том 16
Том 17   Том 18
Том 19   Том 20
Том 21   Том 22
Том 23   Том 24
Том 25   Том 26
Том 27  Том 28
Том 29 Том 30
Том 31   Том 32
Том 33   Том 34
Том 35   Том 36
Том 37   Том 38
Том 39   Том 40
Том 41   Том 42
Том 43   Том 44
Том 45  Том 46
Том 47   Том 48
Том 49   Том 50
Том 51   Том 52
Том 53   Том 54
Том 55  

IX. СВОДКА ВЫШЕРАЗОБРАННЫХ ЗЕМСКО-СТАТИСТИЧЕСКИХ ДАННЫХ О РАЗЛОЖЕНИИ КРЕСТЬЯНСТВА


 



Для того, чтобы сравнить между собою и свести во­едино вышеприведенные данные о разложении крестьян­ства, мы не можем, очевидно, брать абсолютные цифры и складывать их по группам: для этого требовались бы полные данные по целой группе районов и одинако­вость приемов группировки. Мы можем сравнивать и сопоставлять только отношения между группами выс­шими и низшими (по владению землей, скотом, ору­диями и т. д.). Отношение, выраженное, например, тем, что 10% дворов имеют 30% посева, абстрагирует различие абсолютных цифр и потому годно для сравне­ния со всяким подобным отношением любой местности. Но для такого сравнения надо выделить в другой мест­ности тоже 10% дворов, не больше и не меньше. Между тем размеры групп в разных уездах и губерниях не равны. Значит, приходится дробить эти группы, чтобы взять по каждой местности одинаковую процент­ную долю дворов. Условимся брать 20% дворов для зажи­точного крестьянства и 50% — для несостоятельного, т. е. будем составлять из высших групп группу в 20% дворов, а из низших групп — группу в 50% дворов. Поясним этот прием па примере. Положим, что мы имеем пять групп такого размера от низшей к выс­шей: 30%, 25%, 20%, 15% и 10% дворов (S = 100%). Для составления низшей группы берем первую группу по  4/5 второй группы (30+25*4/5=50%), а для составления высшей берем последнюю группу и 2/3 пред­последней группы (10+15*2/3=20%), причем, разумеется, и процентные доли посева, скота, орудий и пр. определяются таким же образом. То есть, если процентные доли посева, приходящиеся на указанные доли дворов, будут таковы: 15%, 20%, 20%, 21% и 24% (S == 100%), тогда на долю нашей высшей группы в 20% дворов придется (24+20*4/5=)31% посева. Очевидно, что дробя таким образом наши группы, мы ни на йоту не изменяем действительных отношений между высшими и низшими слоями крестьянства[81]. Необходимо же та­кое дробление, во-1-х, потому, что мы получаем та­ким образом вместо 4—5—6—7 различных групп три крупные группы с ясно определенными признака­ми[82]; во-2-х, только таким путем достигается сравни­мость данных о разложении крестьянства в самых различных местностях с самыми различными усло­виями.
Для суждения о взаимоотношении групп мы берем следующие данные, имеющие наибольшую важность в вопросе о разложении: 1) число дворов; 2) число душ обоего пола крестьянского населения; 3) количество земли надельной; 4) купчей; 5) арендованной; 6) сданной в аренду; 7) всего землевладения или землепользова­ния группы (надельная земля + купчая + аренда — сдача); 8) посева; 9) рабочего скота; 10) всего скота; 11) дворов с батраками; 12) дворов с заработками (выделяя, по возможности, те виды "заработков", среди которых преобладает работа по найму, продажа рабочей силы); 13) торгово-промышленных заведений, и 14) улучшенных земледельческих орудий. Отме­ченные курсивом данные ("сдача земли" и "зара­ботки") имеют отрицательное значение, показывая упадок хозяйства, разорение крестьянина и превра­щение его в рабочего. Все остальные данные имеют положительное значение, показывая расширение хозяй­ства и превращение крестьянина в сельского пред­принимателя.
По всем этим данным мы вычисляем для каждой группы хозяйств процентные отношения к итогу по уезду или по нескольким уездам одной губернии и затем определяем (по описанному нами приему), какая процентная доля земли, посева, скота и т. д. придется на долю 20-ти процентов дворов из выс­ших групп и 50-ти процентов дворов из низших групп[83].
Приводим составленную таким образом таблицу, ко­торая охватывает данные по 21-му уезду 7-ми губерний о 558 570 крестьянских хозяйствах с населением в 3 523 418 душ обоего пола.


Таблица А. Из высших групп составлена группа в 20% дворов
Губернии Уезды Номера линий на диаграмме Процент отношения к итогам по уездам или по группам уездов
Сданной земли Дворов с "заработками Дворов всего Населения об. Пола Земли Посева Скота Торгово-промышленных заведенийдворов Дворов с батраками Улучшенных орудий
надельной купчей арендованной Всего в пользовании рабочего всего
таврическая Днепровский, мельтопольский и Бердянский 1 9,7 12,6 20 27,0 36,7 78,8 61,9 49,0 49,1 42,3 44,6 - 62,9 85,5
Самарская Новоузенский - 0,7 - 20 28,4 - 99 82 - 56 62 57 - 78,4 72,5
Николаевский - 0,3 4,1 20 29,7 - - 60,1 - - 48,6 47,1 - 62,7 -
Среднее 2 0,5 4,1 20 29 - 99 71 - 56 55,3 52,0 - 70,5 72,6
Саратовская Камышинский 3 11,7 13,8 20 30,3 34,1 - 59 47 50,5 57,4 53,2 - 65,9 -
Пермская Красноуфимский - 7,8 0,6 20 26,8 30 - 58,3 49,6 49,2 42,5 41,2 42,8 66,4 86,1
Екатеринбургский - - 4,3 20 26,1 - - 83,7 - 55,1 42,3 41,8 37,0 74,9 -
Среднее 4 7,8 2,4 20 26,4 30 - 71 49,6 52,1 42,4 41,5 39,9 70,6 86,1
Орловская Елецкий и Трубчевский 5- 2,7 15,8 20 27,4 29,0 63,4 51,7 38,2 - 42,1 37,8 49,8 57,8 75,5
Воронежская Задонский 6 11,9 11,6 20 28,1 29,1 66,8 53,6 34,6 33,9 41,7 39,0 47,4 56,5 77,3
Задонский, Землянский, Коротоякский и НИжнедевицкий - 12,5 12,6 20 28,1 30,9 49,2 34,1 - 38 37,2 45,9 48,4 70,1
Нижегородская Княгиниский, Васильевский и Макарьевский 7 3,8 13,7 20 27,8 29,4 59,7 50,8 36,5 38,2 46,3 40,3 51,2 54,5 -
Таблица Б. Из низших групп составлена группа в 50 % дворов
Губернии Уезды Процентные отношения к итогам по уездам или по группам уездов
Номера линий на диаграмме Сданной земли Дворов с "заработками" Дворов всего Населения об. пола Земли Посева Скота Торгово-промышленных заведений Дворов с батраками Улучшенных орудий
Наедбной Купчей Арендованной Всего в пользовании Рабочего Всего
Таврическая Днепровский, Мелитопольский и Бердянский 1 72,7 68,2 50 41,6 33,2 12,8 13,8 23,8 21,5 26,6 26 - 15,6 3,6
Самарская Новоузенский, - 938 74,6 50 39,6 - 0,4 5,0 - 16,3 11,3 14,4 - 4,4 2,8
Николаевский - 98 78,6 50 38 - - 11,1 - - 17,8 20,3 - 7,1 -
Среднее 2 95,9 76,6 50 38,8 - 0,4 8 - 16,3 14,5 17,3 - 5,7 2,8
Саратовская Камышинский 3 71,5 60,2 50 36,6 33 - 9,8 18,6 14,9 9,6 14,3 - 7,5 -
Вольский, Кузнецкий, Балашовский и Сердобский - 64,6 - 50 37,6 35 - 14,1 25,2 21 14,7 19,7 - - -
Пермская Красноуфимский, - 74 93,5 50 40,7 37,4 - 6,5 19,2 16,7 23,1 24 23,8 6,1 2
Екатеринбургский - - 65,9 50 44,7 - - 8,7 - 21,2 30,5 30,8 35,6 10,4 -
Среднее 4 74 79,7 50 42,7 37,4 - 7,6 19,2 18,9 26,8 27,4 29,7 8,2 2
Орловская Елецкий и Трубчевский 5 93,9 59,3 50 39,4 37,2 8,9 12,9 24,9 - 17,7 23 20,2 7,8 2,4
Воронежская Задонский 6 63,3 65,3 50 39,2 37,5 11 13,8 31,9 31 20 24,6 23,2 9,1 1,3
Задонский, Землянский, Коротоякский и Нижнедевицкий - 67 63,8 50 37,2 33,6 15,4 29,9 - 20,3 23,4 17,3 13,1 3,6
Нижегородская Княгинский, Васильевский и Макарьевский 7 88,2 65,7 50 40,6 37,7 15,4 16,4 30,9 28,6 17,2 24,8 16,1 18,9


Примечания к  таблицам  А и Б
1. По Таврической губ. сведения о сданной земле относятся только к двум уездам: Бердянскому и Днепровскому.
2. По той же губернии к улучшенным орудиям отнесены косилки и жатки.
3. По обоим уездам Самарской губернии вместо процента сданной земли взят процент сдающих надел бесхозяйных дворов.
4. По Орловской губернии количество сданной земли (а, след., и всего земли в пользовании) определено приблизительно. То же относится и к четырем уездам Воронежской губернии.
5. По Орловской губернии сведения об улучшенных орудиях имеются лишь по одному Елецкому уезду.
6. По Воронежской губернии вместо числа дворов с заработ­ками взято (по трем уездам: Задонскому, Коротоякскому и Нижнедевицкому) число дворов, отпускающих батраков.
7. По Воронежской губернии сведения об улучшенных ору­диях имеются лишь по двум уездам: Землянскому и Задонскому.
8. По Нижегородской губернии вместо дворов с "промыслами" вообще взяты дворы с отхожими промыслами.
9. По некоторым уездам вместо числа торгово-промышленных заведений пришлось взять число дворов с торгово-промышлен­ными заведениями.
10. Когда в сборниках есть несколько граф о "заработках", — мы старались выделить те "заработки", которые наиболее точно выражают работу по найму, продажу рабочей силы.
11. Арендованная земля бралась, по возможности, вся: и надельная и вненадельная, и пашни и покосы.
12. Напоминаем читателю, что по Новоузенскому уезду исключены хуторяне и немцы; по Красноуфимскому у. взята только земледельческая часть уезда; по Екатеринбургскому у. исключены безземельные и имеющие только покос; по Трубчевскому уезду исключены пригородные общины; по Княгининскому уезду исключено промысловое село Большое Мурашкино и т. д. Исключения эти отчасти сделаны нами, отчасти обуслов­лены характером материала. Очевидно поэтому, что в действи­тельности разложение крестьянства должно быть сильнее, чем это представлено в нашей таблице и диаграмме.
Для того, чтобы иллюстрировать эту сводную таб­лицу и сделать наглядным полную однородность отно­шений между высшими и низшими группами крестьян­ства в самых различных местностях, мы составили нижеследующую диаграмму, на которую нанесены про­центные данные таблицы. Направо от столбца, опреде­ляющего процентные доли всего числа дворов, идет линия, показывающая положительные признаки хозяй­ственной состоятельности (расширение землевладения, увеличение количества скота и т. д.), а слева идет ли­ния, показывающая отрицательные признаки хозяй­ственной силы (сдача земли, продажа рабочей силы;
эти столбцы оттенены особой штриховкой). Расстояние от верхней горизонтальной линии диаграммы до каждой сплошной кривой линии показывает долю зажиточных групп в общей сумме крестьянского хозяйства, а рас­стояние от нижней горизонтальной линии диаграммы до каждой пунктирной кривой линии показывает долю несостоятельных групп крестьянства в общей сумме крестьянского хозяйства. Наконец, чтобы яснее изобра­зить общий характер сводных данных, мы провели "сред­нюю" линию (определенную вычислением арифмети­ческих средних из тех процентных данных, которые занесены на диаграмму. "Средняя" линия для отличия от остальных окрашена в красный цвет). Эта "средняя" линия показывает нам, так сказать, типичное разложе­ние современного русского крестьянства.
Теперь, чтобы подвести итог приведенным выше (§§ I—VII) данным о разложении, рассмотрим столбец за столбцом этой диаграммы.
Первый столбец направо от столбца, указывающего проценты дворов, отмечает долю населения, приходя­щегося на высшую и низшую группу. Мы видим, что везде состав семей у зажиточного крестьянства оказы­вается выше, а у несостоятельного — ниже среднего. О значении этого факта мы уже говорили. Добавим, что было бы неправильно брать за единицу для всех сопоставлений не двор, семью, а 1 душу населения (как любят делать народники). Если расход зажиточной семьи увеличивается вследствие большего состава се­мей, то, с другой стороны, масса расходов в большесеменном дворе сокращается (на постройки, на домаш­нее обзаведение и хозяйство и пр. и пр. Особенно подчеркивают выгодность в хозяйственном отношении больших семей Энгельгардт в "Письмах из деревни" и  Трирогов в книге "Община и подать". СПБ. 1882). Поэтому брать за единицу сопоставлений 1 душу населения, не принимая во внимание этого сокращения расходов, - это значит искусственно и фальшиво приравнивать положение "души" в большой и малой семье. Впрочем, диаграмма ясно показывает, что зажи­точная группа крестьянства концентрирует гораздо большую долю земледельческого производства, чем это следовало бы по расчету на одну душу населения.
Следующий столбец — надельная земля. В распре­делении ее замечается наибольшая уравнительность, как это и должно быть в силу юридических свойств на­дела. Однако даже здесь начинается процесс вытесне­ния бедноты зажиточными: везде мы видим, что высшие группы владеют несколько большей долей надельной земли, чем их доля населения, а низшие группы — не­сколько меньшей. "Община" подается в сторону интере­сов крестьянской буржуазии. Но по сравнению с дей­ствительным землевладением, неравномерность в рас­пределении надельной земли еще совершенно ничтожна. Распределение надела не дает (как это ясно видно из диаграммы) никакого понятия о действительном рас­пределении земли и хозяйства[84].
Далее — столбец о купчей земле. Повсюду она кон­центрируется зажиточными: пятая часть дворов держит в своих руках около 6 или 7 десятых всех крестьянских купчих земель, тогда как на долю половины дворов бедноты приходится maximum 15%! Можно судить поэтому, какое значение имеют "народнические" хлопоты о том, чтобы "крестьянство" могло покупать как можно больше земли и как можно дешевле.
Следующий столбец — аренда. И здесь мы видим везде концентрацию земли зажиточными (на одну пя­тую долю дворов 5—8 десятых всей арендованной земли), которые к тому же снимают землю дешевле, как мы ви­дели выше. Это перебивание аренды крестьянской буржуазией наглядно доказывает, что "крестьянская аренда" носит промышленный характер (покупка земли для продажи продукта)[85]. Говоря это, мы вовсе однако не отрицаем факта аренды из нужды. Напротив, диаграмма показывает нам совершенно иной характер аренды у бедноты, которая цепляется за землю (на 1/2 дворов 1—2 десятых всей аренды). Есть крестьянин и крестьянин.
Противоречивое значение аренды в "крестьянском хозяйстве" особенно выступает при сличении столбца об аренде со столбцом о сдаче земли (первый столбец слева, т. е. среди отрицательных признаков). Здесь мы видим как раз обратное: главные сдатчики земли — низшие группы (на ½ дворов 7—8 десятых сданной земли), кото­рые стремятся отделаться от надела, переходящего (во­преки запрещениям и стеснениям закона) в руки хозяев. Итак, когда нам говорят, что "крестьянство" арендует землю и "крестьянство" же сдает землю, то мы знаем, что первое относится главным образом к крестьянской буржуазии, второе — к крестьянскому пролетариату.
Отношение купли, аренды и сдачи земли к наделу определяет и действительное землевладение групп (стол­бец 5-й справа). Везде мы видим, что действительное распределение всей находящейся в распоряжении кре­стьян земли не имеет уже ничего общего с "уравнитель­ностью" надела. На долю 20% дворов приходится от 35% до 50% всей земли, а на долю 50% дворов — от 20% до 30%. В распределении посева (следующий стол­бец) оттеснение высшею группой низшей выступает еще резче, — вероятно, потому, что неимущее крестьянство часто не в состоянии хозяйственно пользоваться своей землей и забрасывает ее. Оба столбца (о всем земле­владении и о посеве) показывают, что покупка и арен­да земли ведут к уменьшению доли низших групп в общей системе хозяйства, т. е. к оттеснению их за­житочным меньшинством. Это последнее играет уже теперь главенствующую роль в крестьянском хозяйстве, сосредоточивая в своих руках почти такую же долю посева, как и все остальное крестьянство, вместе взятое.
Два следующие столбца показывают распределение в крестьянстве рабочего скота и всего скота. Процентные доли скота очень незначительно отличаются от процент­ных долей посева: это и не могло быть иначе, так как количество рабочего скота (а также и всего скота) опре­деляет размер посева и в свою очередь определяется им.
Следующий столбец показывает долю разных групп крестьянства в общей сумме торговых и промышленных заведений. Пятая часть дворов (зажиточная группа) сосредоточивает около 1/2 этих заведений, а ½ дворов бедноты — лишь около 1/5[86], то есть "промыслы", выражающие превращение крестьянства в буржуазию, сосредоточиваются преимущественно в руках наиболее состоятельных земледельцев. Зажиточные крестьяне вкладывают, следовательно, капитал и в земледелие (покупка земли, аренда, наем рабочих, улучшение орудий и пр.), и в промышленные заведения, и в тор­говлю, и в ростовщичество: торговый и предпринима­тельский капитал находятся в тесной связи, и от окру­жающих условий зависит, какая из этих форм капитала получает преобладание.
Данные о дворах с "заработками" (первый столбец слева, в числе отрицательных признаков) характери­зую! тоже "промыслы", имеющие однако противополож­ное значение, знаменующие превращение крестьянина в пролетария Эти "промыслы" сосредоточены в руках бедноты (на 50% дворов 60—90% всего числа дворов с заработками), тогда как зажиточные группы прини­мают в них ничтожное участие (не надо забывать, что мы не могли точно отделить хозяев от рабочих и в этом разряде "промышленников"). Стоит сопоставить данные о "заработках" с данными о "торгово-промышленных заведениях", чтобы видеть полную противоположность двух типов "промыслов", чтобы понять, какую неве­роятную путаницу создает обычное смешение этих типов.
Дворы с батраками оказываются везде сосредоточен­ными в группе зажиточного крестьянства (на 20% дво­ров 5—7 десятых всего числа батрацких хозяйств), которое (несмотря на свою большесемейность) не может существовать без "дополняющего" его класса сельско­хозяйственных рабочих. Мы видим здесь наглядное подтверждение тому положению, которое высказано было выше: именно, что сопоставлять число батрацких хозяйств с общим числом крестьянских "хозяйств" (в том числе и с "хозяйствами" батраков) — нелепо. Гораздо правильнее сопоставлять число батрацких хо­зяйств с одной пятой долей крестьянских дворов, ибо зажиточное меньшинство сосредоточивает около 3/5 или даже 2/3 у всего числа батрацких хозяйств. Предпри­нимательский наем рабочих в крестьянстве далеко превосходит наем рабочих из нужды, по недостатку се­мейных рабочих на долю 50% неимущего и малосемей­ного крестьянства падает лишь около 1/10 всего числа батрацких хозяйств (и здесь, впрочем, в число неиму­щих попали лавочники, промышленники и пр., нанима­ющие рабочих вовсе не из нужды).
Последний столбец, показывающий распределение улучшенных орудий, мы могли бы озаглавить, по при­меру г. В.^В., так "прогрессивные течения в крестьян­ском хозяйстве". Наиболее "справедливым" оказывается распределение этих орудий в Новоузенском уезде Са­марской губернии, где у пятой части зажиточных дво­ров — только 73 орудия из 100, а у половины дворов бедноты — целых три штуки из сотни.
Переходим к сравнению различных местностей по зелени крестьянского разложения. На диаграмме явственно выделяются в этом отношении два рода местностей: в Таврической, Самарской, Саратовской и Пермской губерниях разложение земледельческого кре­стьянства оказывается заметно сильнее, чем в Орлов­ской, Воронежской, Нижегородской губерниях. Линии первых четырех губерний идут на диаграмме ниже сред­ней красной линии, а линии последних трех губерний идут выше средней, т. е. показывают меньшее сосредо­точение хозяйства в руках зажиточного меньшинства. Первого рода местности — наиболее многоземельные и строго земледельческие (в Пермской губернии выделены земледельческие части уездов), с экстенсивным харак­тером земледелия. При таком характере земледелия разложение земледельческого крестьянства легко учи­тывается и сказывается поэтому наглядно. Наоборот, в местностях второго рода мы видим, с одной стороны, такое развитие торгового земледелия, которое нашими данными не учитывается, например, посевы конопли в Орловской губернии. С другой стороны, мы видим здесь громадное значение "промыслов", как в смысле ра­боты по найму (Задонский уезд Воронежской губ.), так и в смысле ноземледельческих занятий (Нижегородская губерния). Значение обоих этих обстоятельств в вопросе о разложении земледельческого крестьянства громадно. О первом (различия формы торгового земледелия и сельскохозяйственного прогресса в различных местно­стях) мы уже говорили. Значение второго (роль "про­мыслов") не менее очевидно. Если в данной местности масса крестьянства состоит из батраков, поденщиков или промысловых наемных рабочих с наделом, то разложение земледельческого крестьянства выразится здесь, разумеется, очень слабо[87]. Но для правильного представления о деле надо сопоставить этих типич­ных представителей сельского пролетариата с типичны­ми представителями крестьянской буржуазии. Воро­нежский поденщик с наделом, уходящий на "заработки" на юг, должен быть сопоставлен с таврическим крестьянином, производящим громадные посевы. Калужский, нижегородский, ярославский плотник должен быть со­поставлен с ярославским, московским огородником или крестьянином, держащим скот для продажи мо­лока, и т. д. Точно так же, если масса местного кре­стьянства занята обрабатывающей промышленностью, получая от своих наделов лишь небольшую часть средств к жизни, — то данные о разложении земледель­ческого крестьянства должны быть дополнены данными о разложении промыслового крестьянства. В V главе мы и займемся этим последним вопросом, теперь же нас занимает лишь разложение типично земледельче­ского крестьянства.


[81] Подобный прием попускает небольшую ошибку, вследствие которой разложение представляется более слабым, чем оно есть на самом деле. Именно к высшей группе прибавляются средние, а не высшие представи­тели следующей группы, к низшей группе прибавляются средние, а не низшие представители следующей группы. Ясно, что эта ошибка тем больше, чем крупнее группы, чем меньше число групп


[82] В следующем параграфе мы увидим, что взятые нами размеры групп очень близко подходят к группам всего русского крестьянства, распределенного по количеству лошадей на 1 двор.


[83] Просим читателя не забывать, что теперь мы имеем дело не с абсо­лютными цифрами, а лишь с отношениями между высшим и низшим слоем крестьянства. Поэтому, например, мы берем теперь процентные отношения числа дворов с батраками (или с "заработками") не к числу дворов данной группы, а ко всему числу дворов с батраками (или с "заработками") в уезде, т.е. мы определяем теперь не то, насколько каждая группа пользуется наемным трудом (или прибегает к продаже рабочей силы), а определяем лишь отношение между высшей и низшей группой по употреблению наемного труда шли по участию в "заработках", в продаже рабочей силы).


[84] Достаточно одного взгляда на диаграмму, чтобы видеть непригод­ность группировки по наделу для изучения крестьянского разложения.


[85] Весьма курьезно в книге г-на Карышева об арендах "Заключение" (гл. VI) После всех своих голословных и противоречащих данным эемской статистики утверждений об отсутствии промышленного характера в кре­стьянской аренде, г. Карышев выдвигает здесь "арендную теорию" (заимствованную у В. Рошера и т.п. ), сиречь изложенные под ученым соусом deaideiata (пожелания Ред ) западноевропейского фермерства <продолжительность арендного срока" ("необходимо… хозяйское" обращение земле­дельца с землей", стр. 371) и умеренная высота арендной платы, оставляющая в руках арендатора заработную плату, процент и погашение на прилагаемые им капиталы и предпринимательскую прибыль (373) И г. Карышев нисколько не смущается тем, что подобная "теория" фигурирует рядом с обычным народническим рецептом "предотвратить" (398). Чтобы "предот­вратить" фермерство, г. Карышев пускает в ход <теорию" фермерства! подобное <заключение> естественно завершило основное противоречие книги г. Карышева, который, с одной стороны, разделяет все народнические предрассудки и от души сочувствует таким классическим теоретикам мелкой буржуазии, как Сисмонди (см. Карышев. "Вечнонасльдственный наем земель на континенте Европы". М. 1895, а с другой стороны, не может не признать, что аренда дает "толчок" (стр. 396) разложению крестьянства, что "слои более состоятельные" оттесняют менее состоятельных, что развитии аграрных отношений ведет именно к батрачеству (стр. 397).


[86] И эта цифра (около 1/5 всех заведении) конечно, преувеличена, ибо в разряде несеющих и безлошадных и однолошадных крестьян смешаны сельскохозяйственные рабочие, чернорабочие и пр. с неземледельцами (лавочниками, ремесленниками и пр.).


[87] Весьма возможно, что в среднечерноземных губерниях, каковы Орлов­ская, Воронежская и др., разложение крестьянства и действительно го­раздо слабее, вследствие малоземелья, тяжести податей, вследствие боль­шого развития отработков: все это условия, задерживающие разложение.


Этот сайт основан на всемирно известном произведении, но так как автор уже более 75 лет руководит нами из своего мавзолея то и копирайт с ним. Хостинг поддерживается в постоянном рабочем состоянии источниками бесперебойного питания от фирмы industrika.ru.

Реклама по Ленински